Інструменти
Ukrainian (UA)English (United Kingdom)Polish(Poland)German(Germany)French(France)Spanish(Spain)
Неділя, 23 лип. 2017

Новый взгляд на партийные системы и предпочтения избирателей

НОВЫЙ ВЗГЛЯД НА ПАРТИЙНЫЕ СИСТЕМЫ И ПРЕДПОЧТЕНИЯ ИЗБИРАТЕЛЕЙ (РЕФЕРАТ)

Party systems voter alignments revisited / Ed. by L. Karvonen, S. Kuhnle.- L., N.Y.: Routledge, 2001.- 336 p.

Книга представляет собой сборник статей участников конференции “Партийные системы и предпочтения избирателей: 30 лет спустя”, которая проходила в Норвегии в г. Бергене с 24 по 27 апреля 1997 г. Таким образом была отмечена тридцатилетняя годовщина публикации знаковой работы ХХ в. “Партийные системы и предпочтения избирателей: Межнациональные перспективы’, опубликованной под редакцией С. М.Липсета и С. Роккана в 1967 г.

Сборник состоит из введения и трех частей. Автор введения С. М. Липсет рассматривает роль партий в демократических странах, опираясь на работы М. Вебера, Р. Михельса, Й. Шумпетера. С. М. Липсет подчеркивает, что демократия требует институализации партий, которая подразумевает их соответствующую поддержку, узаконенное существование оппозици, свободу слова и собраний, наличие законодательного регулирования, регулярные выборы, сменяемость правительства и т.д. С. М. Липсет рассматривает  развитие партий с точки зрения “старых” и “новых” размежеваний. В качестве “старых” размежеваний, повлиявших на формирование партийной системы и электоральное поведение, выступают конфликты между центром и периферией, церковью и государством, землевладельцами и промышленной буржуазией, капиталом и трудом. “Старые” размежевания все еще продолжают играть определенную роль в партийной дифференциации, однако социальное и экономическое развитие трансформировало их и привело к появлению новых оснований для структурирования партийной системы. Базу для формирования “новых” социальных и политических размежеваний предоставила постиндустриальная революция. С. М. Липсет анализирует, каким образом “новые” размежевания между индустриальными и постиндустриальными ценностями, описанные Р. Инглхартом, влияют на современные партийные системы.

Первая часть сборника “Теоретические и аналитические разработки” посвящена теории и методологии изучения партийных систем и предпочтений избирателей.

Э. Алардт, один из авторов оригинального издания 1967 г., в своей статье “Партийные системы и предпочтения избирателей в традиции политической социологии” рассматривает вклад этой работы в развитие субдисциплины, сравивает ее с другими ключевыми для того времени исследованиями (“Политика массового общества” У. Корнхаузера, 1959; “Человек политический” М. С. Липсета, 1960), пытается ответить на вопрос, предложила ли эта книга новые подходы для изучения  политики или являлась отражением кульминации развития академической политической социологии. Э. Алардт полагает, что книга “Партийные системы и предпочтения избирателей” открыла новый этап в развитии политической социологии, поскольку ее авторы не только ввели в научный оборот понятие “размежевания” [165], cтруктурирующие партийные системы, но и подтвердили свои гипотезы сравнительными исследованиями.

П. Мэйер в статье “Гипотеза замораживания: эволюция” рассматривает одну из самых известных теоретических концепций, выдвинутую в работе 1967 г., о замораживании партийных систем. П. Мейэр полагает, что, несмотря на обилие исследований, посвященных этой теме, в научном мире нет четкого понимания, что именно авторы работы “Партийные системы и связи избирателей” считали замороженными. П. Мейэр рассматривает два подхода к решению этого вопроса – были ли заморожены социальные размежевания или электоральная и партийная стабильность. П. Мэйер также пытается понять актуальность и применимость концепции замораживания к современным партийным системам. Автор приходит к выводу, что партии стали более подвижными, чему способствовали многие институциональные изменения, касающиеся выборов, способов формирования правительства, коалиционной политики самих партий.

Статья “Насколько ярким было будущее? Изучение партий, размежеваний и избирателей в эпоху технологической революции”, написанная норвежскими учеными Л. Карвоненом и Дж. Райссевиком, анализирует влияние технологической революции на изучение партий и предпочтений избирателей. Авторы поставили своей целью понять, каким образом компьютерные методы сбора и анализа данных, доступные современным ученым, могли бы повлиять на  результаты исследования, проведенного в 1967 г.; способны ли институциональное развитие и технологическая революция радикально изменить схемы изучения партий, выборов и размежеваний или они проводят лишь к унификации исследований. Сами авторы не претендуют на независимое исследование и существенный вклад в изучение партий и избирателей. Эмпирические данные, представленные Л. Карвоненом и Дж. Райссевиком, иллюстрируют, как революции в области коммуникационных технологий, новые методы анализа и представления данных могут изменить и условия исследований, и самих исследований.

Во второй части сборника “Класс, религия, партия: тройной закат электоральных размежеваний в Западной Европе” анализирует социальные и политические изменения, произошедшие в Америке и Западной Европе за последние 30 лет. [166]. Концепция классового социального конфликта долгое время была ключевой в социологии, тогда как роль религиозной, этнической, языковой и культурной дифференциации недооценивалась.  Сегодня принадлежность к социальному классу не является доминирующим фактором электорального поведения. Обьяснение этого феномена М. Доган видит в том, что низшая страта рабочего класса сегодня состоит в основном  из иммигрантов, не имеющих избирательных прав. Во многих странах классовая солидарность размывается, уступая место конфликтам между местными рабочими и гастарбайтерами. Такие конфликты проходят и на элкторальном уровне, когда местные рабочие голосуют против партий, выступающих за расширение прав рабочих-иммигрантов. По мнению М. Догана, наличие в Европе этнических меньшинств приводит к появлению нового размежевания, не существующего 30 лет назад.

М. Доган полагает, что в Европе происходит закат теории классового голосования как следствие индивидуализации электорального поведения. Выбор юольшинства избирателей долгое время зависел от их религиозной принадлежности, социально-экономического статуса, места проживания. Сегодня с развитием образования и средств массовой коммуникации увеличивается число граждан, ведущих себя как свободные индивиды, а не как члены какой-либо общности. По мнению М. Догана полагает, что исследователи электорального поведения должны создать новые концепции и пересмотреть теории, описывающие классовые размежевания, поскольку это необходимо для понимания нового неравенства и возникающих моделей поведения.

Следующие три статьи описывают развитие партийных систем в трех странах – Финляндии (“Изменение и неподвижность в финской партийной системе”), Японии (“Япония – путь от зарождения до формирования стабильной партийной системы”?) и Испании (“Партийная система Испании: страые размежевания и новые вызовы”). Интерес к этим странам обьясняется особенностями их политического и партийного развития. Если Финляндия имеет конкурентную партийную систему с 1906 г., то Япония встала на демократический путь развития только после Второй мировой войны [167], а Испания представляет собой еще более молодую демократию. Эти три страны также были включены в исследование 1967 г.

В третьей заключительной части сборника “Новые перспективы и территории” делается попытка расширения как теоретических, так и эмпирических рамок исследования.

Автор статьи “Замораживающие колонны (pillars) и замороженные размежевания: партийные системы и предпочтения избирателей в консоциативных демократиях” К. Десховер пытается увязать концепцию Липсета и Роккана с понятием консоциативной демократии, появившимся в политической науке в 70-е годы. Точнее говоря, авторы рассматривают применимость концепции размежеваний в четырех странах с консоциативными демократическими режимами; это Нидерланды, Бельгия, Австрия и Швейцария. Общим для этих государств является то, что структура размежеваний институционализирована в большом количестве близких сетевых организаций или, как их называет автор статьи, колоннах (pillars). Однако точное научное оьяснение данного феномена – почему линии конфликтов институализируются именно в таких колоннах – в главе отсутствует. Тогда как его последствия очевидны. На примере четырех странах К. Десховер приходит к выводу, что сегодня, несмотря на выполнение функции “замораживающих устройств”, “пилларизация” (pillarization) не только не формирует ясную систему электоральных предпочтений, но и не создает структуру политики.

В работе 1967 г. странам Центральной и Восточной Европы, “третьего мира” и небольшим островным государствам уделялось незначительное внимание. В настоящем сборнике этим регионам посвящены отдельные статьи. У. Линдстром в статье “От посткоммунизма к неокоммунизму? Восстановление партийных систем в странах Центральной и Восточной Европы” пытается определить релевантность концепции размежеваний Липсета и Роккана для партийных систем государств Центральной и Восточной Европы. Переход стран этого региона к демократии характеризовался, помимо прочего, ростом числа партий, одни из которых были идеологическими “сестрами” западных, другие – вновь созданными. Перед исследованиями встал вопрос: какие избиратели голосуют за те или иные партии и почему? По мнению У. Линдстрома, партийные системы и электоральные предпочтения в странах Центральной и Восточной Европы формируется на основе способности горизонтальных и вертикальных политических и социальных институтов отражать конфигурацию противоречий в обществе [168], возникающих в результате столкновения равнонаправленных тенденций,- демократического транзита, возникновения новой классовой структуры, экономического упадка и т. д.

В. Рэндалл в статье “Партийные системы и связи избирателей в новых демократиях “третьего мира” также пытается применить концепцию размежеваний Липсета и Роккана к странам, которые не входили в круг интересов авторов труда 1967 г. В своей статье В. Рэндалл решает несколько задач. Во-первых, она описывает ряд методолических проблем, встающих перед исследованиями при изучении партийных систем стран “третьего мира”. Дело в том, что партийные системы этих государств значительно отличаются от модели, описанной Липсетом и Рокканом, поскольку совершенно иначе отражают социальные размежевания. Это связано и с особенностями процесса национальной унификации и интеграции, и с колониальным наследием этих стран. Во-вторых, автор предпринимает попытку адаптации модели социальных размежеваний Липсета и Роккана к казусам “тртьего мира”. В. Рэндалл уверена, что, несмотря на существенные различия между странами “третьего мира” и современными демократиями, не стоит полностью отказываться от модели Липсета и Роккана. Автор полагает, что при формировании партийных систем в “третьем мире” социальные размежевания играют определенную роль, но не столь существенную, как это было в США и странах Западной Европы. По ее мнению, определяющее значение здесь имеет институциональное наследие колониальных правил и традиций.

В заключительной статье третьей части сборника “Партийные системы и связи избирателей в маленьких островных государствах” Д. Анкар рассматривает партийную политику и электоральное поведение в этих странах.

 

В целом следует отметить, что сборник ”Новый взгляд на партийные системы и связи избирателей”, написанный с целью пересмотра и критического осмысления положений издания 1967 г., не только решает эту задачу, но и предполагает вниманию читателей анализ формирования партийных систем в странах, не описанных в работе Липсета и Роккана: консоциативных демократиях, государства “третьего мира”, новых демократиях Центральной и Восточной Европы, а также маленьких островных государств. Сборник статей “Новый взгляд на партийные системы и связи избирателей” – это не только блестящий анализ в области партийной политики, выборов и электорального поведения, но и образец высококвалифицированного компаративного исследования. [170].